-Без-зумие! Без-зумие! Без-зумие!-кричал попугай в кабинете ректора Будуварского государственного университета.
Ректор нервно вздрагивал и глядел на часы.
-Цып, цып, цып!-сказал он, не выдержав птичьих воплей.
Подойдя к клетке, он накинул на неё тёмный платок. Попугай затих, слышалась только возня его перьев.
-Ф-фу!-выдохнул ректор и взял со стола текст, распечатанный на принтере, который утром был найден во многих аудиториях и помещениях института. Текст гласил:
"Знакомьтесь, господа, Крушения, самое свободное и независимое государство в мире. Свободное в смысле отсутствия каких-либо законов, а независимое в том смысле, что от него практически ничего не зависит в мире.
Когда-то было не так. Когда-то, правда, очень и очень давно, Крушению можно бы-ло считать весьма сильной и влиятельной страной, но шли годы, авторитет падал, силы Крушении алчно подтачивались снаружи и изнутри и в итоге мы наблюдаем в данное время болванчикоподобного монстра ублюдочного типа на соломенных ногах.
Сама виновата, Крушения!
Уже много лет Крушения живёт не по законам, а по понятиям. Кто не хочет жить по понятиям, то запросто может быть ликвидирован. Нет ничего проще в свободном государстве Крушения - ликвидировать человека. Этим даже занимаются специальные служ-бы. Так что можно пойти, оплатить заказ и с чистой совестью отправиться отдыхать, зная, что твоё пожелание будет выполнено.
Неужели, спросите вы, в Крушении совсем нет соответствующих органов, чтобы пресечь… навести… нормализовать… привлечь… и т. д. и т. п.? Нет, органы, конечно, есть, только они за ненадобностью атрофировались, перешли в рудиментарное состоя-ние и готовы вот-вот отмереть. А в самом деле, на кой они нужны?
А немножко другие органы, которые по идее должны защищать… восстанавли-вать… карать… миловать… и т. д. и т. п. тоже непонятно зачем ещё существуют. Законы-то отсутствуют. А с точки зрения понятий всё давно ясно.
Несколько лет назад гражданам Крушении было предложено поиграть в сложную и запутанную игру. Они с радостью согласились и играют до сих пор, но самое интересное, что большинство этого не понимает (или не хочет понять), а старательно делает вид своей глобальной значимости в вопросах моделирования жизни. Наивные жители Крушении! Гордо вышагивают по клеточкам гигантского поля, считая, что таким образом движутся в светлое "завтра". А их лениво убирают с игральной доски элементарным щелчком, да ещё смеются при этом. Неудивительно, почему жителей Крушении становится всё меньше и меньше.
Что же ты, Крушения?
Допустим, что Крушения заслуживает лучшей участи. Но кому выгодно усиливать её? Скажу по большому-большому секрету, абсолютно никому! Как ни странно, многие люди от этого теряют. А некоторые особо хитроумные граждане теряют вообще ВСЁ. разве же дело? Да и крушенийские друзья, мирно расположившиеся за огромным водо-ёмом, настоятельно рекомендуют воздержаться от усиления. "Не стоит торопиться,-ласково воркочут они, глядя Крушению по головке,-придёт ваше время. Ждите. Мы жела-ем вам только добра, послушайтесь нас".
Хорошие товарищи у свободного государства Крушения! Такие не предадут.
Сказать по правде, в мире Крушению очень любят. Настолько, что готовы зацело-вать её до смерти. Крушения, дура, ещё сопротивляется! Давно бы отдалась и не мучилась больше, так нет! Вечно что-то её не устраивает. Но комплименты ей сыплют с завидной регулярностью и она млеет, готовая прослезиться от избытка чувств-с.
Что ж, удачи тебе, Крушения! Более пожелать нечего. Смелее двигайся нетвёрдым шагом к пропасти, авось зацепишься за какой-нибудь сучок, когда вниз лететь будешь.
Авось!
Счастливого свободного полёта тебе, Крушения!
Вдруг воспаришь?!"
-Хм-хм,-пробормотал ректор, комкая листок,-ерунда какая-то!
Он взял со стола свежий номер "Крушенийской правды".
"Презердентский указ",-огромными буквами было набрано на первой странице, а далее шёл текст: "С сегодняшнего дня все высшие учебные заведения свободного государства Крушения объявляются зонами особого риска и повышенной опасности. Всем ру-ководителям вузов надлежит в трёхдневный срок представить программу выхода из кри-зиса. С нарушителями будут обращаться по всей строгости понятий, а именно: четвертовать, колесовать…"
Дальше ректор читать не стал, отбросив газету на пол.

На стенде для объявлений висел плакат: "Поздравляем участников 3-го межвузовского чемпионата по игре в кубический мяч".
-Будем участвовать?-спросил А.
-Зачем?-вопросом на вопрос ответил Б.
-Просто так,-сказал А.
-Просто так только кошки родятся,-произнёс В.
-Не согласен,-парировал Г,-кошки не просто так родятся.
-В этом ли суть разговора?-спросил Б.
-Нет, но это неважно,-ответил А.
-Хватит чушь молоть,-сказал В,-пошли лучше молоко пить.
-Может, покрепче чего-нибудь?-засомневался А.
-Кефир!-предложил Г.
-Лучше йогурт,-сказал Б.
-Хорошо, йогурт,-согласился В.-Но только без фруктов.
-Почему?-задал вопрос А.
-От фруктов у меня голова болит,-ответил В.
-А больше у тебя ничего не болит?-спросил Г.
-Нет, больше ничего,-сказал В.

В кабинете у ректора собрался весь цвет Будуварского университета. Вопрос с программой был кое-как решён и теперь на повестке дня стояла другая проблема.
-Я больше не могу, Ясленик Фэдович,-сказал лысый препод в огромных очках,-это не группа, а какое-то безумие!
-Без-зумие вуз-за! Без-зумие вуз-за!-заорал попугай.
Все удивлённо повернулись к нему.
-Цып, цып, цып,-сказал ректор Ясленик Фэдович и подсыпал попугаю просо. Тот недовольно клюнул ректора в палец.
-Продолжайте, Роберт Карлович,-сказал Ясленик Фэдович, дуя на палец.
-Не далее, как вчера, они заставили меня всё занятие висеть под потолком!-возмущённо проговорил Роберт Карлович.-Но вы же знаете, для меня долг превыше всего. Я ни на секунду не прервал занятие!
-Это хорошо,-сказал ректор, постукивая пальцами по столу.
-Что хорошо?-не понял препод.
-Что вы ни на секунду не прервали лекцию.
-Да, но как же так? Полтора часа провисеть под потолком.
-А на моей лекции в аудитории раздавались подозрительный стук и непонятные го-лоса,-сказал женщина средних лет в чепце.-Я спрашиваю: что такое? А они только сме-ются, да плечами пожимают.
-Плохо, плохо,-пробормотал ректор.-Какие есть предложения, товарищи?
Он внимательно оглядел собравшихся.
-Я же давно советовал сменить номер группы,-сказал декан.-Ясно, что все пробле-мы от числа 666, которым данная группа нумеруется.
-Без-зумие!!!-как-то слишком отчётливо и громко выкрикнул попугай.
-То, что вы предлагаете, Спартак Динамович, интересно,-ответил Ясленик Фэдо-вич,-но ведь в результате окажется, что мы пойдём на поводу у Сатаны! Разве можно?
-По-моему, наоборот,-возразил декан,-это сейчас мы идём на поводу у Сатаны.
-Но надо же принимать какие-то меры, господа!-воскликнул Роберт Карлович.-Три с половиной года, как эта группа существует в институте, а проблемы начались лишь сей-час. Мне кажется, это неслучайно.
-Кто знает,-вздохнула женщина в чепце.
-А что было в прошлые годы?-спросил молодой усатый проректор.-Ведь, как мне стало известно, группа с подобным номером третья в истории университета.
-Да,-сказал ректор,-с тех пор, как была принята новая система обозначения, третья. Но могу с уверенностью заверить вас, раньше никаких эксцессов не было.
-Ой ли?-засомневался Спартак Динамович.-А падающие с потолка шляпы? А исчезающая доска? А заблокированная дверь?
-Это всё мелочи,-ответил ректор.
-Ничего себе мелочи!-усмехнулся декан.
-Н-да,-сказал Ясленик Фэдович, встал из-за стола и подошёл к зеркалу на стене. Внимательно поглядев на своё отражение, он сказал:
-Будем над эти вопросом работать, товарищи! Это, конечно, на до пресечь. Не могу конкретно сказать как, но, думаю, что всё образуется. Необходимо навести порядок во вверенном нам учебном заведении. Никто за нас этого не сделает. Поэтому, приложим все усилия для решения данной сложной задачи. А решить её просто необходимо. Иначе нельзя. Главное, сплотить все свои силы и воспрепятствовать. Не сомневаюсь, что мы сможем сделать это. В конце концов, у нас серьёзная организация, не шайка какая-нибудь и, следовательно, мы должны разобраться с этой проблемой. Вот так.
Все остались довольны речью ректора, хотя он не сказал ровным счётом ничего.

-Убейте меня…-начал А.
Б, В и Г моментально достали ножи и заточки.
-Нет, я не то имею в виду,-испуганно сказал А.-Я хочу сказать, что убейте меня, но я не пойму в чём наша вина? Номер нашей группы 666 и от этого все сложности. Но в чём конкретно виноваты мы?
-А, вот ты о чём,-разочарованно протянули Б, В и Г, пряча оружие.
-Я, например, ничего страшного не вижу,-продолжал А.-Подумаешь, от молока умеем пьянеть, подумаешь, преподов заставляем левитировать, подумаешь, на экзаменах пару шуток выкинули, неужели это повод для репрессий? И вообще, здесь не столько наша вина, сколько вина самих жертв.
-Кстати, ведь нашу группу собираются расформировать,-сказал В.
-Это "Спартак - чемпион" бочки катит,-высказал мысль Б.
-Нет. мне думается, не он,-возразил Г,-думаю, повыше надо брать.
Вся четвёрка вздохнула.

Профессор Балаянскер торопливо бежал по широкой лестнице, опаздывая на лек-цию по террористической механике. Больше всего в жизни он не любил никуда опаздывать, но именно это с ним всегда и происходило. Это свойство тянулось за профессором всю его жизнь с детства, но никакая страшная сила не могла заставить его выйти из дома хотя бы на 5 минут раньше. Профессор мужественно и упорно боролся с собой, пытался раньше засыпать, заводил будильник, но ничто ему не помогало.
Перед дверью аудитории он остановился, пригладил волосы, попытался придать своему внешнему облику серьёзный и сосредоточенный вид, и вошёл в дверь.
Аудитория встретила его холодным молчанием и полупустотой.
-Та-ак,-сказал профессор Балаянскер, энергично скидывая куртку и одновременно внимательно оглядывая присутствующих.-Добрый день.
В ответ раздалась пара вялых, ленивых откликов.
-Это у нас группы…-Балаянскер достал блокнот,-663 тире 667. Замечательно.
Он уже хотел начать лекцию, но внезапно его мозг пронзила мысль, до которой раньше он почему-то не дошёл.
"Господи, ведь и 666-я группа в этом потоке!"-подумал профессор.
Он ни разу не вёл у 666-й занятий, это была первая лекция, но был наслышан о всяческих историях, происходящих на занятиях с участием 666-й. Честно говоря, Балаян-скер не очень-то им верил, считая полным бредом, но нехорошее предчувствие зашеве-лилось в его груди, желая вывести профессора из устойчивого равновесия.
Балаянскер засуетился, кашлянул и, разлепив пересохшие губы, хрипло произнёс:
-Старосты групп присутствуют?
Отозвались несколько голосов.
-Список своих групп составьте, будьте любезны,-профессор Балаянскер решил для начала познакомиться с присутствующими.
Сказав несколько слов о курсе, о его значимости в современном мире, о большой важности его для развития науки и техники, профессор тоскливо замолчал, ожидая, когда будут готовы списки.
Через три минуты на его стол легли 4 листка.
"Так, 663-я, 667-я, 665-я, 664-я",-перебрал их Балаянскер.
-Из 666-й что, никого нет?-испуганно спросил он.
-Так её же расформировали,-сказал А.
-И всех студентов распределили по другим группам,-дополнил В.
"Слава Богу!"-подумал Балаянскер, а вслух сказал:
-Как, уже? Я думал, этот вопрос ещё решается.
-Что тут решать?-произнёс Г.-Всё было давно предрешено. Нашего-то мнения ни-кто не спросил.
-Никто не поинтересовался сутью проблемы,-сказал А,-никто не захотел по-настоящему разобраться что к чему!
-А что к чему?-спросил осмелевший профессор.
-как бы вам получше объяснить,-А на секунду задумался.-Вот, если бы вы полно-стью сменили свои имя, отчество и фамилию, вы же не стали бы совершенно другим че-ловеком.
-Не стал бы,-согласился Балаянскер.
-Предположим, вас звали бы не… э-э-э… вы не представились.
-Балаянскер Боян Авдотьевич.
-Вот, не Боян Авдотьевич, а, допустим, Томил Силенович, это не оказало бы решающего значения на ваш образ жизни. Ведь до этого вы сорок семь лет были Бояном Авдотьевичем.
"Откуда он знает мой возраст?"-забеспокоился Балаянскер.
-Значит, как мы выяснили,-рассуждал А,-имя лишь ширма, прикрывающая истин-ную человеческую суть. Или другой пример. Допустим, вас, не дай, конечно, Бог, уволят из университета…
Балаянскер украдкой постучал по деревянной ножке стула.
-…вы же не потеряете своих знаний, своего профессионального уровня, так как долгие годы занимались данной научной дисциплиной. Так же и с группой 666. Её можно перенумеровать, расформировать, даже отчислить из вуза всех без исключения её пред-ставителей, но аура, энергетика, магическое её влияние останутся ещё на несколько лет. Так что, это всё пустое.
Профессор почувствовал, что стул ускользает из-под его зада, а сам он медленно поднимается вверх. Нервно уцепившись за крышку стола согнутыми в локтях руками, Балаянскер смог чуть замедлить подъём, но сила, тянущая его под потолок, постоянно уве-личивалась.
-Видите, данный шаг не выход,-сказал А.-Пока мы не получим диплом, нештатные ситуации будут присутствовать. В течение трёх первых лет мы накапливали энергию, а теперь она требует выхода. Поверьте, зачастую всё происходит независимо от нас.
Балаянскер, не в силах более держаться за стол, отпустил руки и резко рванул вверх, остановившись в пяти сантиметрах от потолка.
-Что же вы делаете, сволочи проклятые?!-закричал он.-Немедленно опустите меня на пол! Слышите? Иначе никто у меня экзамен не сдаст!
-Извините, пожалуйста,-сказал Б, задрав голову.-Но вы сами сгенерировали импульсы.
-Боян Авдотьевич,-спокойно проговорил А,-помочь вам мы не в силах. Только вы сами способны заставить себя принять нормальное положение.
-Да что ты такое несёшь?!-продолжал возмущаться Балаянскер.-Что за идиотизм? Я на вас жаловаться буду!
-Не вы первый, не вы последний,-сказал Г.
-Как вы смеете?! Скоты! Издевательство!
-Ещё раз убедительно просим нас извинить, если вы считаете нас в чём-то виновными,-сказал Б.-но дело в том, что вы сами, сами спровоцировали сие действие. Ваши страхи, ваши предрассудки, ваши суеверия. Избавьтесь от них и всё будет в порядке.
-С другой стороны, мы не отрицаем своей вины,-отозвался А,-но если что и случа-ется, то в большинстве случаев против нашей воли. Предвзятое отношение сыграло свою злую роль.
Балаянскер замолчал и задумался.
-Значит, вы утверждаете, что всё зависит исключительно от меня?
-Совершенно верно!-хором подтвердили А, Б, В, Г.
Боян Авдотьевич плавно опустился на стул. Внимательно ощупав своё тело, он произнёс:
-Начинаем нашу первую лекцию. Её тема…
Студенты послушно раскрыли тетради.

-Раз-з!-орал попугай.-Раз-з! Без-зумие! Ужас! Вуз-з!
-Гули, гули, гули!-Ясленик Фэдович, опасаясь просовывать пальцы в клетку, кидал попугаю корм сквозь прутья.-Гули, гули, гули!
-Без-зумие вуз-за!
Сидящий в кабинете ректора весь цвет Будуварского университета смирно ждал, когда шеф закончит возиться с птицей. Наконец, тот отошёл от клетки и сел в своё кресло во главе стола.
-Товарищи!-серьёзно начал он.-Сегодня мы собрались для обсуждения чрезвычай-но важного вопроса. Сами понимаете какого. Однако, для более полного вхождения в курс дела, предоставляю слово Брюсу Автандиловичу.
Брюс Автандилович, солидный седой мужчина с пышной шевелюрой, просмотрел лежащие перед ним бумаги и сказал:
-Граждане, ситуация просто катастрофическая. Мы должны массу денег. Должны практически всем и каждому, ну, кроме себя, разумеется. А так, газовикам, энергетикам, водопроводчикам, воздуховикам, телефонистам, световикам, землевикам и даже местным "быкам". По всем пунктам гигантские суммы долга. До недавнего времени мы находились под защитой презердентского указа "О запрещении нераспространения ложной несложной информации неликвидно-матримониального характера с элементами эпицик-лической завершённости". Но неделю назад данный указ был отменён как антипонятийный и сразу же все наши, если можно так выразиться, партнёры, ломанулись к нам с безапеляционными требованиями. Мы пытались найти понимание и помощь у губернахрена, но не нашли. В итоге встал вопрос: что делать? Если в ближайшие две-три недели мы не ликвидируем долги, нас начнут отключать.
-Нельзя ли поконкретнее озвучить суммы долгов по всем направлениям?-спросил усатый проректор.
-Запросто,-ответил Брюс Автандилович и придвинул к себе один из листов.-Итак: газовикам - 7 миллионов 238 тысяч 627 долларов Воссоединённых Штатов Эмерики; энергетикам - 20 миллионов 876 тысяч 440 долларов; водопроводчикам или водока-нальщикам, кому как нравится - 2 миллиона 118 тысяч 611 долларов; воздуховикам - 1 миллион 639 тысяч 115 долларов; телефонистам - 6 миллионов 432 тысячи 906 долла-ров; световикам - 9 миллионов 966 тысяч 585 долларов; землевикам - 3 миллиона 807 тысяч 727 долларов; прочим коммунальщикам, без конкретного разделения, вся сумма скопом - 8 миллионов 714 тысяч 333 доллара; наконец, местным "быкам" на полночь се-годняшнего дня - 11 миллионов 563 тысячи 568 долларов. Последняя сумма ежесекундно увеличивается на 2 доллара ВШЭ, так как нас поставили на счётчик. Итого, на полночь сегодня - 72 миллиона 357 тысяч 911 долларов ВШЭ.
-Ничего себе!-воскликнул кто-то.
-Да, граждане, именно так. К сожалению, неясно, как мы будем решать этот вопрос. С деньгами просто беда. Если же мы не сможем их достать…
-Что будет происходить в случае неуплаты?-молодой усатый проректор хотел по-казать свою заинтересованность, надеясь, что это положительно отразится на его имид-же.
-Как что? Будут отключать,-растерянно ответил Брюс Автандилович.
-Конкретно по пунктам, пожалуйста.
-По пунктам, так по пунктам,-проворчал докладчик и уставился в лист.-Газовики отключат газ, энергетики - электроэнергию, водоканальщики - воду, воздуховики - воздух, телефонисты - телефон, световики - свет, землевики отберут землю, на которой построен наш вуз, прочие коммунальщики отключат всё остальное, местные "быки" отключат нас.
-Постойте, постойте,-усатый проректор напряжённо наморщил брови.-Я что-то не понимаю. Воздуховики отключат воздух. Что это значит?
Брюс Автандилович удивлённо взглянул на ректора. Тот сказал:
-Товарищ недавно работает. Ещё не знает всех подробностей.
-Отключат воздух - это значит отключат воздух,-объяснил Брюс Автандилович.-Нам просто нечем будет дышать. Начнём задыхаться.
-А отключение электроэнергии и отключение света не одно и то же?-не унимался проректор.
-Абсолютно разные вещи! Отключение света предполагает полную, кромешную темноту вокруг. Мы станем словно слепые.
-Боже! А отключение нас?
-Это обозначает ликвидацию нас как биологически активных субъектов.
-Это же беспредел!-воскликнул шокированный проректор.
-А кто вам сказал, что существуют какие-либо пределы?-спросил Ясленик Фэдович.-Хвала Господу, мы живём в свободном государстве.
-Но убивать нас…-проректор дрожащими руками поднёс к губам стакан с водой.
-Ой!-застонал Брюс Автандилович.-Не произносите этого грязного, нехорошего слова! "Убивать"! Не убивать, а отключать, здесь принципиальное отличие.
-Так что будем делать, товарищи?-спросил ректор после небольшой паузы.-У кого есть предложения? Высказывайтесь, высказывайтесь, не стесняйтесь.
-На мой взгляд, нужно расставить приоритеты,-сказал Спартак Динамович.-Выясним, какие долги следует ликвидировать в первую очередь и начнём искать деньги.
-Если бы вы ещё подсказали, где их искать,-ответил Ясленик Фэдович.-Вы, Спартак Динамович, уже высказались в своё время по поводу 666-й. Мы вас послушались и что? На деле всё оказалось совсем иначе.
Спартак Динамович обиженно поджал губы.
-Думаю, надо бежать,-сказал профсоюзный лидер,-и чем скорее, тем лучше.
-Бежать?-переспросил ректор.-Это глупо. Далеко всё равно не убежим.
-Может, попросим помощи у государства?-с надеждой в голосе спросил усатый проректор.
Сидящие за столом усмехнулись.
-Уже просили,-сказал Брюс Автандилович.-Ерунда.
-Я имею в виду в столице, там попросить защиты.
-Не поможет,-ответил Ясленик Фэдович.-Неужели вы думаете, что я не проводил там рекогносцировку?
-Главный вопрос: где взять деньги,-хлопнув ладонью по столу, вступил в разговор Роберт Карлович.-Так?
-Совершенно верно.
-Значит и надо думать, где взять деньги.
-А где их можно взять?-мрачно спросил профсоюзный лидер.
-Занять у кого-нибудь.
-У кого, Роберт Карлович, Господи, у кого?!-не выдержав, повысил голос ректор. Такое с ним случалось чрезвычайно редко.
-Где-нибудь в банке, под залог здания. Или у спонсоров.
-Все банки и спонсоры связаны с местными "быками", а их не обойдёшь,-заметил Брюс Автандилович.
-Тогда пустить по кругу шапку. Бросить клич о помощи. Подключить студентов. На-чать собирать средства.
-Так, хорошо, наберём мы за три недели максимум 2 миллиона долларов,-сказал ректор.-Это число не с потолка взято, а рассчитано. МАКСИМУМ 2 миллиона. А реально же - 800 - 900 тысяч. А нам нужно около 73-х миллионов. Почувствуйте разницу.
-Может, пойти на поклон к олигархам?-осторожно сказал Спартак Динамович.-Или к кому-нибудь одному из них?
Ясленик Фэдович вздохнул. Такая мысль приходила и ему в голову.
-Допустим,-произнёс он.-Но им-то какой резон платить за нас? Подумайте сами. Чем мы сможем так заинтересовать их, чтобы они принесли нам денежки? И опять-таки, скорее всего, они тоже приложили свою руку к отмене защищавшего нас указа.
-Заколдованный круг получается,-сказал Брюс Автандилович.
-Да, вы правы,-ректор встал и подошёл к зеркалу на стене. Все замерли, понимая, что сейчас он скажет решающее слово.
-Что ж, поступим так, товарищи,-начал Ясленик Фэдович.-Ничего не будем делать, ничего не предпринимать. В подобной ситуации любой наш шаг ведёт к ухудшению. Усугублять проблему не стоит. Будем жить как жили, работать как работали. Авось, всё и об-разуется!
Бурные аплодисменты увенчали слова Ясленика Фэдовича.

Раньше всего был отключен газ. Университет не особенно пострадал от этого. Га-зом он пользовался сравнительно мало, а большая сумма долга накопилась из-за того, что за данный энергоноситель вуз не платил уже несколько десятилетий. Все поняли, что это начало и приготовились к худшему. Худшее не заставило себя ждать.
Вторым отключением был телефон. Ясленику Фэдовичу позвонили в середине дня со станции, что-то невразумительно промямлили в трубку и наступила тишина. Ректор ак-куратно положил трубку на рычаг и продолжил составлять свой приказ по университету, касающийся грядущих сложностей.
Когда пришли отбирать землю, Ясленика Фэдовича в университете не было. Зем-левики не стали долго разбираться и вытянули из-под вуза огромный пласт грунта тол-щиной два метра. Здания осели и покосились, кое-где полопались стёкла и потрескались стёкла, были разрушения и жертвы (к счастью, не смертельные). Однако, университет не сдавался, продолжая мужественно бороться. По-прежнему проводились занятия, верши-лись другие важные дела, всеми силами создавалась иллюзия обычной работы, словно ничего и не происходило.
Далее случилось отключение электроэнергии. С университетских складов срочно были извлечены дореволюционные запасы свечей и две динамо-машины (операцией по извлечению руководил Спартак Динамович). Преподаватели и студенты, преодолевая трудности, сплотились и продолжали работу.
Отключения воды практически никто не заметил.
Прочие коммунальщики прислали в вуз инспекцию, которая, походив по зданиям, раздражённо плюнула и вскоре было отрублено всё остальное.
Воистину тяжело стало, когда отключили воздух. Начали случаться обмороки, у людей присутствовали вялость и апатия, бывали и истерические припадки. Было решено по всей территории института распределить кислородные баллоны, имеющиеся в нали-чии. С их помощью удалось частично компенсировать нехватку свежего воздуха.
И сказал тогда рыжий: "Да не будет света!" И не стало света.
Тьма объяла университетские пространства. Свечи и динамо-машины помочь уже не могли. Кое-где упорно продолжали заниматься на слух, но вскоре закончили. Студенты спешно покидали вуз, многие преподаватели и сотрудники следовали за ними, не желая расставаться с жизнью. Слепо двигаясь по коридорам, люди постоянно натыкались друг на друга, наносили травмы, создавались заторы, пробки. Группа активных студентов ор-ганизовала службу помощи выхода из здания. Когда подавляющее большинство людей покинуло университет, они медленно, держась за стенку, ходили по коридорам, лестни-цам и аудиториям, постоянно громко разговаривая. Таким образом они отыскивали заблудившихся и потерявших последнюю надежду на спасение.
В конце концов вуз практически опустел. В нём остались лишь самые стойкие и патриотические граждане. Среди них был и Ясленик Фэдович. Большую часть времени он просидел в своём кабинете, слушая попугайную молчаливую возню (тот думал, что ночь). Наконец, ректор встал из своего мягкого удобного кресла и осторожно вышел за дверь.

Брюс Автандилович на четвереньках полз по коридору. Его слух, заметно усилившийся в последнее время, уловил встречное движение чуть левее по курсу.
-Эй, кто там?-спросил Брюс Автандилович.
-Это я,-раздался в ответ голос Ясленика Фэдовича.
-О, наконец-то я встретился с вами!-обрадовался Брюс.-Думал, что и попрощаться перед смертью не удастся.
-Думаете, скоро смерть?-спросил ректор, усаживаясь на пол рядом с Брюсом.
-А то нет!-ответил тот.-Вот и конец света настал.
-Действительно, конец света,-усмехнулся Ясленик Фэдович.
-Скоро придут ликвидаторы,-грустно произнёс Брюс Автандилович.
-Кстати,-сказал ректор,-а вам не приходило в голову, как они смогут нас ликвидировать, если вокруг темно? И темноту эту не пробить ни одним источником света, нужно сначала отдать долг.
-Да, это интересная мысль,-задумался Брюс.-Слух у нас развился, планировку зда-ний знаем, я уже более-менее научился ориентироваться вслепую, так что можно попытаться перехитрить их.
-Именно что! Мы ещё поборемся.
-Точно, ещё поборемся!
Ректор с Брюсом грустно рассмеялись.
Вдалеке послышались яростная ругань и беспорядочные выстрелы.
-Явились,-сказал Ясленик Фэдович.
-Не запылились,-произнёс Ясленик Фэдович.
Они поползли по боковому ответвлению коридора.
-Доползём до чёрной лестницы, а по ней спустимся вниз,-сказал ректор.-Осторожно пересечём дворик и спрячемся под трансформаторной будкой, там есть сверхсекретное укрытие.
-Для себя готовили, Ясленик Фэдович?-беззлобно пошутил Брюс.
-Да не то, чтобы… Просто на всякий случай. Вот и пригодилось.
На чёрной лестнице пахло застарелой сыростью и плесенью.
-Внимательно, Брюс Автандилович,-сказал ректор.-Здесь очень крутые ступеньки.
-Я уже понял,-отозвался Брюс, катясь вниз.
-Вы там не расшиблись?-забеспокоился Ясленик Фэдович.
-Ничего страшного. Только слегка ударился.
-Обратите внимание. Впервые, название "чёрная лестница" буквально соответст-вует действительности. Вокруг полная чернота.
-Хм, вы правы, Ясленик Фэдович.
Во дворике кто-то дико матерился и изредка стрелял.
-Где это погани?! Из-под земли мудаков достану! Ну, ублюдки!-вопил первый голос.
Издалека ему вторил другой:
-Не боись, найдём! Только по своим не пуляй!
-Ладно!
Ректор с Брюсом медленно и бесшумно проползли под самым носом стрелявшего и вскоре пробирались в убежище по тесному тоннелю.
-Курить будете?-спросил Ясленик Фэдович, когда они, согнувшись, сидели на хо-лодном бетоне в небольшой каморке.
-Давайте,-согласился Брюс Автандилович.
-Отсидимся пока здесь,-сказал ректор.-Завтра, может, попробуем добраться до световой зоны.
-Ага, и под пули!
-Хоть какой-то шанс. Здесь-то мы точно погибнем.
-Да, да, понимаю. Хорошо, попытаемся.

-Без-зумие вуз-за! Без-зумие вуз-за!-яростно кричал попугай в ректорском кабине-те, разбуженный выстрелами и звоном разбитого в окне стекла.

назад